Нарастающий хаос поражает морские пространства от Тихого океана до Индийского океана и также затрагивает регион Арабского залива. Кризис в Ормузском проливе сместил акцент экспертов-стратегов с одной из форм «морской слепоты», которая придавала большее значение безопасности на суше, чем на море, на глубокий интерес и озабоченность морскими делами.
Безопасность на море следует рассматривать не только с военной точки зрения, но и с точки зрения экономических потрясений и безопасности людей. Действительно, Арабский залив, особенно Ормузский пролив, представляет собой один из самых стратегически важных морских коридоров в мире. Через него проходит более четверти мировой морской торговли нефтью и значительная часть мировых поставок сжиженного природного газа, удобрений и товаров первой необходимости, таких как гелий.
С момента обострения событий в конце февраля 2026 г. количество судов, пересекающих Ормузский пролив, сократилось на 90%. Легко воспринимать свободу судоходства на море как нечто само собой разумеющееся, однако от этого зависит процветание стран, объем мировой торговли и рост мировой экономики. Морские пути обеспечивают большую часть международной торговли в масштабах, которые никогда не сможет заменить никакая сеть автомобильных, железных дорог или воздушного транспорта. Эта система связывает производителей с рынками, доставляет продовольствие и энергию между континентами и поддерживает повседневную жизнь миллиардов людей.
Однако бесперебойное функционирование этой транспортной системы не гарантировано. Нарушение работы важнейших морских путей может быстро повлиять на цепочки поставок, цены, энергетику, безопасность и экономическую стабильность далеко за пределами любого региона. Таким образом, защита морских путей является не только вопросом национальных интересов, но и общей международной ответственностью.
Катар твердо убежден в том, что безопасность на море не может быть достигнута только военными мерами. Это требует комплексного стратегического подхода, основанного на трех ключевых принципах:
- Первый — диалог и деэскалация. Региональная безопасность не будет устойчивой без дипломатического участия и каналов связи между всеми заинтересованными сторонами. В этой связи Катар, действуя в полной координации с региональными партнерами, подтверждает свою поддержку посреднических усилий Пакистана, которые представляют собой наиболее надежный и активный канал диалога.
- Второй принцип — это уважение международного права. Положения Устава ООН и Конвенции ООН по морскому праву (UNCLOS) должны оставаться основой управления морским судоходством. Свобода судоходства и защита гражданского судоходства — это важнейшие принципы, которые мы должны совместно отстаивать. Поэтому Катар решительно отвергает использование международных водных путей в качестве инструмента политического давления. Если мы допустим такой прецедент, то ситуация, которую мы видим в Ормузском проливе, может произойти в Индо-Тихоокеанском регионе или где-либо еще. В Статье 44 UNCLOS четко говорится, что государства, граничащие с проливами, не должны препятствовать транзитному проходу.
- Третьим принципом является международное и региональное сотрудничество. Ни одно государство не может обеспечить безопасность морских путей в одиночку. Сложность современных угроз требует более глубокой координации между региональными партнерами и международными союзниками. Нельзя допустить повторения ситуации в Ормузском проливе, и Катар вместе с нашими партнерами приложат все усилия для достижения устойчивого политического решения, позволяющего сохранить этот водный путь безопасным и полностью открытым.
Безопасность Ормузского пролива и Арабского залива в целом тесно связана с глобальной безопасностью. То, что происходит в наших водах, влияет на мировые рынки, цепочки поставок и саму международную стабильность. В настоящее время центром напряженности является регион Арабского залива, но ударные волны распространяются далеко за его пределы, затрагивая страны, удаленные от театра военных действий. Защита свободы судоходства является не только региональным приоритетом. Это также международный стратегический императив.
Эта статья основана на выступлении, сделанном 30 мая 2026 г. на 23-м саммите Международного института стратегических исследований «Диалог Шангри-Ла» по вопросам обороны и безопасности, проходившем в Сингапуре.