Тегеран продвигает собственное радикальное видение политических и идеологических вопросов на Ближнем Востоке
ГЕНЕРАЛ-ЛЕЙТЕНАНТ МУХАММЕД ЗАЕД МАХМУД ИБРАГИМ
ВОЕННЫЙ АТТАШЕ ЙЕМЕНА В ВАШИНГТОНЕ
Иран образован на территории Персии. Сегодня – это Исламская Республика Иран со столицей в городе Тегеран. Во главе государственного строя стоит верховный лидер, который обладает всей полнотой власти и правом принятия решений. В Иране признают теорию «вилаят аль-факих» – современную политико-правовую доктрину, позволяющую духовенству осуществлять руководство страной. Конституция Ирана 1979 r. наделяет верховного лидера широкими полномочиями: определение общей политики управления страной, контроль над вооруженными силами, объявление войны, а также внесение необходимых поправок. Кроме того, верховный лидер имеет право смещать президента республики, руководство Совета стражей конституции и главу судебной власти.
Идеологическая программа деятельности Ирана в отношении Йемена возникла в результате переплетения религиозных пожеланий и устремлений, а также исторических амбиций.
Вмешательство во внутреннюю политику Йемена стало предметом множества публикаций. Эта ситуация возникла в октябре 2012 г., когда президент Йемена Абд-Раббу Мансур Хади обвинил Иран в попытке установить контроль над Баб-эль-Мандебским проливом, ведущим в Красное море, и обратился к международному сообществу с просьбой посодействовать в прекращении подобных действий.
28 сентября 2012 г., выступая перед учеными в Международном центре им. Вудро Вильсона в Вашингтоне, президент Хади назвал возмутительное вмешательство Ирана угрозой для своей страны. По его словам, неминуемый провал режима в Сирии, заставил Иран обратить свой взор на Йемен в попытке компенсировать собственные неудачи и воспользоваться уникальным географическим положением Йемена (территория страны расположена между нефтяными странами Персидского залива и Африканским Рогом).
В пояснение своих слов президент Йемена отметил, что такое вмешательство проявляется в форме поддержки определенных политических групп и вооруженных формирований со стороны Ирана, а также интенсивной вербовке и внедрении шпионской сети. По его словам, судебные органы Йемена уже оповещены о существовании шести подобных сетей.
В то же время, министр иностранных дел Йемена особо подчеркнул масштабы вмешательства Ирана во внутреннюю политику Йемена.
В кулуарах конференции по безопасности, проходившей в декабре 2012 г. в Бахрейне, начальник национальной службы безопасности Йемена д-р Али аль-Ахмади заявил, что Иран пытается воспользоваться сложившейся возможностью для распространения конфликта. Он также подчеркнул существование доказательств, указывающих на деятельность диверсионных групп, а также масштабы их вмешательства.
По оценкам наблюдателей, наиболее существенной попыткой Ирана расширить собственное влияние в Йемене стала поддержка хуситов, которые подняли вооруженное восстание против правительства Йемена в 1990-х гr.
Иран предоставил хуситам информационную и политическую помощь. Кроме того, поддержка военизированной группировки осуществлялась в виде поставок оружия, контрабандой попадавшего в страну через город Саада, или финансирования закупок оружия на территории Йемена.
Данные разведки свидетельствуют о том, что Иран развернул отдельную базу на территории Эритреи, которая использовалась для поставок оружия хуситским войскам. Поставка осуществлялась через небольшие порты в западных регионах Йемена (например, Меди и Аль-Лухайя) с помощью лодок. Иранские корабли заходили в Аденский залив под предлогом борьбы с терроризмом или пиратством, а затем перегружали оружие на рыбацкие лодки для дальнейшей доставки на территорию Йемена, о чем свидетельствуют многочисленные информационные материалы.
В реальности существует множество разнообразных способов обеспечить контрабандную поставку оружия, что подтверждается большим количеством доказательств. Стоит отметить конфискацию кораблей «Jihan 1» и «Jihan 2» с грузом управляемых и неуправляемых ракет для хуситов, а также присутствие Корпуса Стражей Исламской революции и оплачиваемых Ираном инструкторов.
Достаточно отметить, что запуск одной из таких ракет был упомянут в докладе тогдашнево представителя США при Совете Безопасности ООН Никки Хейли.
В период с 2011 г. по 2012 г. наблюдалась интенсификация политических контактов с хуситами и другими политическими фигурами со стороны Ирана. Кроме того, в рамках собственной программы по расширению влияния на Ближнем Востоке (из терминологии разведывательных органов), наблюдалось увеличение зоны поставок оружия.
Иран продолжил поставлять материалы и оборудование для производства осколочно-фугасного и бронебойного вооружения. Оборудование передавалось йеменским бизнесменам, которые связывались с хуситскими формированиями настолько быстро, что правительство не успевало перехватывать поставки.
Действуя под прикрытием революционных идей, хуситы смогли привлечь на свою сторону поддержку племен. Это привело к расколу в рядах революционеров: одни поддерживали инициативу государств Персидского залива, тогда как другие отстаивали видение и перспективу Ирана, продвигаемые реакционным и кровожадным режимом в Тегеране.
Иран подтвердил намерение поддерживать своих хуситских союзников в Йемене и отказался обсуждать вопрос разоружения организации Хезболла, которую называют союзником Ирана в Ливане.
В заключение следует отметить три стратегические цели, которые преследуются Ираном в отношении Йемена: получение контроля над Баб-эль-Мандебским проливом, расширение собственного идеологического влияния и создание угрозы для безопасности арабских государств.
Мы полагаем, что интересы Ирана в отношении Йемена возникли довольно давно (возможно еще в 1990-х rr.) и совпали с привлечением на свою сторону лидера хуситов.
С этого момента Йемен, из-за его географического положения, прочно закрепился в рейтинге политических приоритетов Ирана, направленных на реализацию трех указанных выше стратегий, которые длительное время разрабатывались в высших эшелонах иранского правительства Али Хаменеи.