Стабилизация племенных территорий

Стабилизация племенных территорий

Share

Пакистанская армия борется с экстремизмом вдоль границы с Афганистаном

Контр-адмирал (в отставке) Первез Ашгар, ВМФ Пакистана

Федерально управляемые племенные территории (ФАТА) Пакистана были основаны в 1849 году в качестве буфера между Британской Индией и Афганистаном, в то время как Афганистан ослабляли набегами, субсидиями и дипломатическими мерами, чтобы держать ситуацию с Российской империей под контролем.

Не желая позволять России реализовывать свои территориальные амбиции, Британская Индия признала Афганистан эмиратом и узаконила его границу — Линию Дюрана, дотошно определенную британским дипломатом сэром Мортимером Дюраном совместно с афганским эмиром Абдуром Рахманом Ханом.

Англо-афганский договор 1919 г., называемый договором Равальпинди, был подписан после не давшей конкретных результатов третьей афганской войны, в результате чего британцы создали административную единицу, метко названную Северо-западной пограничной провинцией. Для упрощения управления племенные территории, которые в то время также включали княжества Дир и Сват, были разделены на политические округи, каждый из которых управлялся политическим представителем, чья власть реализовывалась через местных лидеров, или «маликов», выбираемых в зависимости от степени их верности короне.

Якобы проявляя уважение пуштунской традиции, Акт о борьбе с преступностью в приграничных районах позволял проводить суды в форме «джирги» (совета местной знати), одновременно с этим разрешая проведение массовых коллективных расправ. Акт был жестоко введен в действие с целью предотвращения даже самых отдаленных признаков сопротивления.

Так все и продолжалось, пока Пакистан не получил независимость от Великобритании. Не считая отзыва солдат пакистанской регулярной армии из племенных органов, мало что изменилось в плане управления. Каждый политический представитель, назначаемый центральным правительством, контролировал войска особого назначения численностью от 2 тыс. до 3 тыс. «хасадаров» (представителей местной полиции) и солдат нерегулярной армии в целях приведения в силу его приказов, в то время как охраной границы занимался Пограничный корпус под управлением военных офицеров.

Военнослужащий Пакистана охраняет стадион для игры в крикет им. Каддафи в г. Лахор.
AFP/GETTY IMAGES

В повседневности ФАТА называют «илака гаир» (иностранная территория) — это местная версия американского Дикого запада. Поскольку действие Акта о политических партиях так и не было распространено на ФАТА, в парламент избирались племенные высокопоставленные лица, поскольку независимые представители всегда были готовы продать свою преданность тому, кто больше заплатит. Лишившись поддержки, свободные духом представители племен, для которых ношение оружия — повседневный образ жизни, выбрали в качестве источника дохода контрабанду, угон автомобилей и похищение людей в целях получения выкупа на основной территории Пакистана.

Борьба с экстремизмом

В результате советского вторжения в Афганистан в 1979 г. ФАТА резко катапультировала во главу движения сопротивления. Массовый приток афганских беженцев и бойцов из исламских стран привел к учреждению рекордного количества финансируемых Саудовской Аравией медресе для религиозной идеологической обработки, а также к организации лагерей для военной подготовки. Именно через дырявые границы ФАТА в Афганистан проникали моджахеды для нанесения ударов. Пакистан, в свою очередь, стал центром внимания из-за печально известной афганской шпионской организации «Хад», а крупнейшие города превратились в руины после обширных бомбардировок.

Когда различные афганские моджахедские группировки сосредоточились на междоусобных войнах за право на главенство после одностороннего вывода советских войск в 1989 г., четыре страны — Пакистан, Саудовская Аравия, Объединенные Арабские Эмираты и Соединенныe Штаты — изначально отдали предпочтение претензиям Талибана на власть во имя стабильности. Талибан — разношерстная группа семинаристов (преимущественно военных сирот) — поставила своей целью установить по всей стране строгую ортодоксальность. Именно талибы ходили по домам в Панджшерском ущелье, единственном сохранившемся оплоте сопротивления, когда, за пару дней до событий 11 сентября в результате тщательно продуманного акта взрыва бомбы террористом-смертником был убит высоко почитаемый таджикский командир Ахмад Шах Масуд.

США со своими союзниками начали наступление на Афганистан безжалостной бомбардировкой, в то время как Северный альянс — нестабильная конфедерация непуштунских племен — дерзко выступил против сил коалиции. Поняв, что удача не на их стороне, оставшиеся талибы и Аль-Каида покинули страну через плохо охраняемую границу ФАТА. В течение последующих нескольких лет Аль-Каида успешно использовала деньги и идеологическую обработку для получения местного влияния, предлагая многообещающим молодым мужчинам влиятельные позиции, одновременно ослабляя влияние племенных старейшин, традиционно выступающих на стороне правительства, и при необходимости физически устраняя их.

Когда афганский Талибан возобновил атаки на правительство в Кабуле, Аль-Каида наладила более крепкие связи между своими многочисленными иностранными бойцами и собранными местными экстремистами, одновременно наблюдая за ситуацией на основной части Пакистана. Получившаяся в результате организация — Техрик-и-Талибан Пакистан (ТТП) — включила в себя Мехсуда и прочих племенных представителей, пенджабских талибов и бойцов из других стран. ТТП укрепил влияние на ФАТА, при этом продолжая активно совершать нападения на военных, представителей спецслужб, святые места и другие гражданские цели.

Опасными знаками стали покушения на пакистанского президента, премьер-министра и командира корпуса, в то время как армия и идеология ТТП начали проникать за пределы ФАТА, в Сват и другие прилегающие районы. Тактика умиротворения не дала результатов: будучи неоднократно преданной мирными договорами, пакистанская армия принялась за выдворение незваных гостей, группировку за группировкой, пока не установила контроль над большей частью ФАТА, за исключением Северного Вазиристана и меньшего по территории округа Хайбер.

Жестокое нападение на международный аэропорт Карачи в середине 2014 г. окончательно вынудило армию пойти в наступление на Северный Вазиристан (что уже неоднократно рекомендовали США). За прошедшие годы Северный Вазиристан превратился в укрепленный район Аль-Каиды, куда стекались террористы всех мастей. Самой проблематичной из них НАТО считало группу Хаккани. Помимо сложной местности и крепкой оппозиции к списку трудностей для армии прибавилась необходимость надзора за мирными жителями, покидающими зону военных действий. Понадобилось два года и 800 жизней, чтобы операция под название «Зарб-и-Азб» выбила с насиженных мест экстремистов, которые затем расположились через границу в афганских провинциях Кунар, Хост и Нуристан.

Хладнокровное убийство более чем 150 учеников в общественной школе в Пешаваре в декабре
2014 г. и последовавшая за событием общественная реакция вынудили правительство на скорую руку сформулировать Национальный план действий из 20 пунктов в отчаянной попытке предотвратить волну радикализма и воинственности. Помимо текущей военной операции данный план предполагал принятие различных предупредительных мер, таких как запрет разжигающих ненависть речей и литературы, а также блокировку финансирования запрещенных организаций.

Получив в ответ очередную вспышку атак в различных частях страны, армия перешла к другой широкомасштабной операции, основанной на данных спецслужб, под названием «Радд-уль-Фасаад» («Устранение раздора»), целью которой стало предупреждение атак за счет очистки страны от «ячеек-кротов». Теперь, когда национальные силы безопасности установили контроль за основной частью ФАТА, продолжаются попытки некой нормализации жизни племен, возвращающихся на территории, которые были ими вынужденно покинуты в результате военных операций. Значительно пострадали социальные службы, включая здравоохранительные и образовательные учреждения. В частности, в Северном Вазиристане для иных нужд были приспособлены около 900 школ для девочек.

Поиск решений

Успех пакистанской армии в восстановлении секторов здравоохранения, образования и сельского хозяйства вдохновили учреждения ООН и другие международные неправительственные организации посетить ранее недоступную территорию. Экономика ФАТА базируется на натуральном хозяйстве и животноводстве. Практически не изучен горнодобывающий потенциал территорий. В рамках недавно завершившегося двухгодичного проекта ООН по продовольствию и сельскому хозяйству была оказана поддержка 21 192 фермерам в округах Куррам и Хайбер, однако доставлять помощь в более отдаленные, скалистые и горные районы ФАТА оказалось более проблематично. Было построено несколько небольших плотин, за счет чего в некоторые районы стали поступать электричество и вода для полива.

Теперь, когда Пакистан и Афганистан громогласно жалуются на трансграничные нападения, очевидным решением является создание совместного механизма для мониторинга границы, печально известной своей ненадежностью. Однако на практике это сложнее, чем на словах, поскольку Афганистан по-прежнему не признал Линию Дюрана международной границей.

Проблемы начались тогда, когда Британская Индия готовилась к передаче власти недавно обретшему независимость Пакистану. Афганистан использовал эту возможность для заявления прав на большую территорию, находившуюся под его контролем несколькими веками ранее. 30 июня 1950 г. британское правительство формально подтвердило, что Пакистан, согласно международному праву, получает права и обязанности старого правительства Индии на территориях к юго-востоку от Линии Дюрана. Это должно было урегулировать возникший вопрос, однако он продолжает отравлять двусторонние отношения и по сей день. Со строго юридической
точки зрения, Венская конвенция 1978 г. о правопреемстве государств в отношении соглашений требует, чтобы, согласно всемирно признаваемому принципу «uti possidetis juris», обязывающие двусторонние договоры передавались государствам-правопреемникам.

Учитывая сопротивление Афганистана по данному вопросу, не удивительно, что Пакистану не дает покоя афганское руководство, приводя даже к оказанию поддержки Гульбеддина Хекматияра и Талибана. С 11 сентября Пакистан обвинялся в поддержке группы Хаккани, наиболее смертоносной организации афганского Талибана.

Очевидно, что нерешительными мерами невозможно решить сложившуюся ситуацию. Вражда и злословие не дают результатов и длятся уже слишком долго. Всем необходимо осознать, что, несмотря на свои недостатки, Линия Дюрана является единственной юридически проведенной границей между территориями современных Афганистана и Пакистана. Традиционно Пакистан избегал вопросов, связанных с границей, из страха оскорбить соседнее государство. Тем не менее, неоднократно подвергшись атакам экстремистов, живущих на противоположной стороне границы, Пакистан усилил охрану и пограничный контроль.

В качестве первого шага были прорыты канавы вдоль границы, пролегающей в низине длиной 1 100 километров. Несмотря на возражения афганских властей, Пакистан прекратил нелегальное пересечение границ в неохраняемых районах, начав строительство 443 блокпостов (работы должны завершиться к 2019 г.). Также впервые был введен визовый режим, позволивший контролировать перемещение людей, получивших соответствующее разрешение, через несколько пограничных терминалов. Для дальнейшего регулирования перемещения людей и прекращения незаконного проникновения Пакистан недавно начал строительство ограждения вдоль нестабильной границы — проект, начальный этап которого направлен на такие приоритетные округи, как Баджаур, Мохманд и Хайбер.

Кроме того, Пакистану необходимо публично осветить проблему ФАТА, создав конкретную пакистанскую идентичность для племен с пакистанской стороны. Любое полное решение проблемы ФАТА должно включать долгосрочный план развития в целях уменьшения социально-экономической разницы с прилегающими «заселенными районами». Эти действия, однако, необходимо осуществлять в контексте демократического управления и административного разрешения. Судя по всему, консенсус заключается во временном объединении ФАТА с провинцией Хайбер–Пахтунхва, более известной под своим старым названием Северо-Западная приграничная провинция.

Парламентарии ФАТА предложили проект поправки к конституции, согласно которой должно быть устранено основное препятствие для объединения. Провинциальная ассамблея уже проголосовала в поддержку данного законопроекта. Единственным препятствием остается вопрос политической целесообразности. Следуя репрессивному сохранившемуся с колониальных времен Акту о борьбе с преступностью в приграничных районах, правительство по-прежнему склоняется к умиротворению племенных маликов, сохраняя традиционную систему правосудия джирги. За этим должно последовать аккуратное внедрение пакистанской юридической структуры в регионе.

В противоположность распространенному мнению, племена ФАТА не являются отшельниками и не стремятся к изоляции. В поисках новых возможностей они никогда не отказывались от переезда в другие районы страны и даже за границу. Они продемонстрировали значительные предпринимательские навыки, заняв доминирующую позицию в секторе грузовых автомобильных перевозок на дальние расстояния. Возможности этих племен можно и дальше развивать в контексте эффективной демократической системы.

Многолетние семейные и племенные связи, поддерживаемые племенами через границу, не должны нарушаться укрепленной границей. Напротив, их следует развивать за счет создания совместных экономических предприятий. В рамках крупной инициативы правительства США создавались «реконструкционные зоны возможностей», схожие с подобными зонами вдоль иордано-израильской границы, египетско-израильской границы и даже американо-мексиканской границы.

Помимо ФАТА также требуется внимание и к другим ранее игнорировавшимся регионам на юге страны, если Пакистан желает обуздать экстремизм. В этом неспокойном регионе, как и в других местах, мир и процветание очень тесно связаны друг с другом. Люди должны как можно раньше осознать, что добиться этого можно лишь совместными усилиями.


«Устранение раздора»

антитеррористическая стратегия Пакистана адаптируется к новым угрозам

За повергшей страну в шок серией атак террористов-смертников, включая теракт, унесший жизни 86 человек в суфийском храме, заполненном верующими, в феврале 2017 г., армия Пакистана провозгласила начало национальной военной операции по «неизбирательному» устранению террористической угрозы.

Новая кампания, называемая «Радд-уль-Фасаад» («Устранение раздора»), представляет собой изменение стратегии антитеррористических сил Пакистана, усилия которых в течение десяти лет фокусировались на этнически разнообразном северо-западном племенном регионе. Правительство впервые направило вооруженные силы в провинцию Пенджаб.

В Пенджабе находится множество экстремистских группировок, включая сектантские движения, официально запрещенные за использование жестоких методов, и анти-индийские экстремисты, обвиняемые в проведении теракта в Мумбае в 2008 г. Хотя складывается впечатление, что ни одна из этих группировок напрямую не причастна к атакам, в Пакистане укрепляется мнение, что они являются частям более крупной, совместной экстремистской угрозы пакистанкой стабильности, а также мировому авторитету и демократическому образу жизни страны.

«В Пенджабе, в частности на юге Пенджаба, располагаются укрытия воинствующих фанатиков, с которыми ранее никто не боролся», — прокомментировал аналитик в области обороны генерал-лейтенант в отставке Амджад Шоаиб. – «На этот раз их привлекут к ответственности, и это значительно поможет борьбе с терроризмом не только в Пенджабе, но и в других регионах страны».

В интервью, данном в феврале 2017 г., генерал Джон Николсон, командующий американскими силами в Афганистане, отметил, что 20 из 98 групп, включенных правительством США в список террористических организаций, находятся в Пенджабе — провинции с «самой высокой концентрацией [террористических организаций] в мире».

Генерал Николсон заявил, что, поскольку эти группы существуют в общей «среде», где высоко количество безработной молодежи, процветает криминал, а в некоторых религиозных семинариях обучают экстремистской идеологии, «провинция является своего рода чашкой Петри, в которой различные террористические организации [могут] сливаться, вербовать сторонников и трансформироваться в более опасные группы».

Согласно изданию «Hilal», в рамках новой кампании уже проведены сотни поисковых операций в различных районах Пенджаба, включая Карор, Лайя и Равальпинди, захвачено более 600 подозреваемых, уничтожено множество террористов. Армией конфискованы экстремистская пропаганда и оружие, установлены контрольно-пропускные пункты и осуществлены «эффективные нападения» на укрытия террористов.

После серии встреч с командующим армией генералом Камаром Джаведом Баджвой, а также с высокопоставленными чиновниками Пенджаба, правительство приняло решение разрешить армии войти в провинцию. По словам военно-служащих, в рамках операции в Пенджаб будет направлено 2 тыс. рейнджеров на период от 60 до 90 дней. Официальные лица заявили, что в отличие от предыдущих операций в других регионах Пакистана, при которых сила главным образом использовалась для выманивания и уничтожения врага, на этот раз основной целью будет сбор разведданных. Также миссия включает «разоружение» экстремистских групп, что может привести к конфронтации в районах с высокой концентрацией оружия.

Заявление армии было встречено повсеместным одобрением. Редакторы журнала «The Express Tribune» написали, что они «полностью поддерживают» это решение и попросили солдат ударить по «гадючникам» экстремизма, выступающим в качестве «запасных аэродромов» для других экстремистских групп, а также планировочных и логистических пунктов для террористических операций по всей стране.

Согласно данным «Tribune», изменение стратегии последовало за операциями, подобными «Зарб-и-Азб», сократившими терроризм в Пакистане более чем на 65% за последние 16 лет. Хотя атаки в феврале 2017 г. продемонстрировали, что экстремизм никуда не исчез, генеральный директор Межведомственной службы по связям с общественностью Вооруженных сил Пакистана генерал-майор Асфи Гафур подчеркнул, что предыдущими кампаниями были достигнуты поставленные цели.

«Предыдущие операции были главным образом направлены на восстановление авторитета правительства в различных районах и уничтожение террористических укрытий», — сказал он. – «Операция “Радд-уль-Фасаад” направлена на консолидацию прогресса, достигнутого предыдущими операциями».

Подполковник Шаид Абид, помощник директора по подготовке при Штабе пакистанской армии, отметил, что залогом успеха «Радд-уль-Фасаада» является сбор разведданных в городских районах.

«Нужно, чтобы на самом низшем уровне были люди, которые рассказывают о злоумышленниках, действующих в регионе», — сказал подполковник Абид, командовавший многонациональной ротой во время военных учений «Стремительный лев» в Иордании в мае 2017 г.

Источники: «IHS Jane’s 360», «The Washington Post», «Hilal», «The Express Tribune»

Likes(0)Dislikes(0)
Share